Украинский эксперт Любовь Максимович рассказывает о Юлии Тимошенко, сексистских высказываниях политиков-мужчин и проблеме гендерного равенства в Украине.

О женщинах в политике и проблеме гендерного равенства мы поговорили с руководителем западноукраинского центра «Женские перспективы» Любовью Максимович.

– Глава беларусского Центризбиркома Лидия Ермошина после выборов 2010 года позволила себе заявление о женщинах, которые вышли на площадь с протестными настроениями, в том числе и по поводу результатов голосования. «Этим женщинам делать нечего. Сидели бы дома, борщ варили, а не по площадям шастали. Мне в голову это не придет. Это позор для женщины – участвовать в подобных мероприятиях. Я еще понимаю, когда она девица дурная, молодая, так молодых людей много. А когда женщина в возрасте идет, значит, у нее, извините, что-то с интеллектом не в порядке», – заявила она тогда. Позволяют ли себе подобные заявления украинские политики?

– Сексистские высказывания позволяют себе и наши политики. К примеру, премьер-министр Николай Азаров, когда у него спросили, почему в Украине нет ни одной женщины-министра, ответил: «Ну что вы, это тяжелая мужская работа!» А президент Виктор Янукович на встрече, посвященной вопросам «Евро-2012», обратился к европейским коллегам: «Приезжайте к нам в Киев. Вот вы увидите, каштаны расцветут, наши женщины разденутся. Посмотрите, какая это красота». После этого украинским дипломатам на встрече с европейскими чиновниками приходилось объяснять и оправдываться, что на самом деле президент не пропагандировал секс-туризм, его просто неправильно поняли. А когда Янукович был еще кандидатом в президенты, в своем заявлении об отказе от публичных дебатов с другим кандидатом Юлией Тимошенко он заявил: «То, что мне говорят, что с женщиной напрасно спорить, – неправильно, я с этим не согласен. Я, в первую очередь, считаю, что она – премьер-министр и должна нести ответственность за каждое свое слово. А если она женщина, то должна идти на кухню и показывать там свои прихоти». Последний его пассаж возмутил женщин Украины, и они выступили с открытым заявлением об этом.

Вспоминается еще случай, когда бывший президент Леонид Кучма был с визитом в Италии, где его спросили, почему здесь так много женщин из Украины, которые заняты в секс-индустрии. Кучма на это ответил: «А это не женщины, это наши проститутки». Люди до сегодняшнего дня не могут ему этого простить. Однако ни один из названных политиков за свои высказывания ни разу не извинился. В чем причина? На мой взгляд, в Украине еще не сформировалось гражданское общество, которое бы действительно всерьез воспринималось властью. Это наступит тогда, когда придет осознание, что люди сами могут изменить свою жизнь, а не государство будет делать с ними, что захочет. Поэтому сегодняшний чиновник никогда не будет публично извиняться за некорректные высказывания в отношении женщин.

– Долгое время Юлия Тимошенко была самым популярным украинским политиком. Многие иностранцы до сих пор ассоциируют Украину с ее образом. На ваш взгляд, украинское общество созрело для того, чтобы женщина стала президентом страны?

– Я уверена, что если бы Тимошенко не была в тюрьме, она бы уже была президентом. Пример Юлии Тимошенко говорит о том, что если женщина на голову выше мужчин, они объединятся против нее. В целом наше общество готово видеть ее президентом, хотя, конечно, есть стереотип, что женщина не может управлять государством.

У нас, если женщина и мужчина делают карьеру, то это выглядит по-разному. Если делает карьеру мужчина, то эта красивая беговая дорожка, у него кроссовки и костюм «Adidas», он красиво бежит, и все ему аплодируют: «Какой молодец! Делает карьеру».

Как женщина делает карьеру? Она бежит не по беговой дорожке, а по проселочной, рядышком, в юбке, с двумя сумками, а сзади за юбку ее еще держит несколько детей, а впереди – прыжки с барьерами. И вот она тянется, бежит, а люди еще стоят и кричат ей вслед: «Куда она бежит? Лучше бы сидела дома и ничего не делала».

– В Украине действует закон «О равных правах и возможностях для мужчин и женщин», хотя лет 10 назад это сложно было представить. Какие проблемы, даже при наличии закона о гендерном равенстве, так и не удалось решить?

– В законе было прописано, что местное самоуправление, а также Верховный совет должны формироваться по принципу 50 на 50. Но этот пункт депутаты при первом же чтении вычеркнули. На тот момент в парламенте было 93% мужчин и только 7% женщин. Мужчины-депутаты сказали, что этот пункт совершенно не нужен, так как есть статья 24 Конституции, где прописано, что все имеют равные права и возможности, независимо от пола. Общественность тогда всколыхнулась. Но нам сказали: вы не сильно возмущайтесь, потому что закон вообще не примут. Мол, давайте сначала примем закон, а потом уже будем лоббировать так называемую квоту. На тот момент было еще много женщин-депутатов, которые тоже были противниками квот. Наш сегодняшний опыт показал, что те женщины, которые когда-то были депутатами и которые были против квоты, теперь всё более склонны к идее того, что принцип 50 на 50 необходим. Это потом квоту можно отменить, когда гендерное равенство будет достигнуто.

Украина в развитии целей тысячелетия до 2015 года взяла на себя обязательство в Верховном совете иметь 30% женщин. Мы уже не выполняем это условие, потому что в 2013 году мы имеем всего 8% женщин в парламенте. Причем я не могу назвать их гендерно чувствительными, то есть в вопросах гендерной политики на них опереться нельзя. Иногда они высказываются еще жестче, чем мужчины. И поэтому сейчас, когда мы обсуждаем эти вопросы, мы приходим к мнению, что нужно приводить своих людей в парламент, то есть из местного самоуправления шаг за шагом «выращивать» гендерно чувствительного политика, делать его/ее видимым, продвигать по депутатской стезе – сначала в городе, потом в области, а дальше и на национальном уровне. Это первый путь. А второй – это искать гендерно чувствительных депутатов на уровне Верховного совета. Их очень мало, но они есть.

– Что бы вы посоветовали представителям беларусского гражданского общества, которые уже много лет говорят о том, что нам также необходим закон «О гендерном равенстве», однако власти их не слышат?

– Следует проводить общественные слушания по государственной программе равных прав и возможностей для мужчин и женщин. Например, мы имеем уже достаточно законов, нормативных актов, но многие из них, к сожалению, просто декоративные – нет механизмов внедрения закона. В Украине проблема – как сделать так, чтобы граждане придерживались этого закона. Чтобы закон работал, нужна политическая воля. Поэтому для Беларуси и России, где подобные законы пока не приняты, общественности нужно находить контакты с теми, кто имеет политическое влияние, кто способен лоббировать данные инициативы и отстаивать их, сталкиваясь с пересудами, стереотипами и обвинениями.

Кстати, у нас в свое время были разработаны механизмы по созданию гендерных институтов, по гендерной экспертизе законов, введению позиций гендерных советников и т.д. Но было ликвидировано министерство, в чьей компетенции были эти вопросы, и все наши наработки и планы оказались нереализованными.

А в Хорватии пошли другим путем. Они механизм гендерной политики разработали в одной из областей. Там, где губернатор области был гендерно чувствительным и была сильная инициативная группа, готовая продвигать закон. Когда они успешно реализовали местную гендерную политику, доказали экономический эффект, эти политики были избраны в парламент, где они продолжили свою работу, опираясь на опыт своей области. И сегодня там эффективно работает закон о гендерной политике. Поэтому так важно анализировать зарубежный опыт, прежде чем принимать закон.

– Но в беларусском обществе до сих пор распространено мнение, что вопросы гендерной дискриминации – надуманная проблема, а потому никакой закон нам не нужен…

– В Украине та же ситуация. Кроме того, у нас хорошо финансируется религиозное течение, которое распространяет информацию, что гендерные проблемы надуманы. Мол, их лоббируют те, кто хочет ликвидировать институт семьи, чтобы узаконили однополые браки, разрешили таким парам усыновлять детей. Эти настроения подогревают девушки из «Femen». Лично у меня отрицательное отношение к их акциям. Они привлекают к себе внимание, но их действия никоим образом не решают гендерные проблемы в обществе. Скорее наоборот, настраивают людей против этого вопроса.

Что касается закона, то общество должно понять, что экономическая ситуация зависит от гендерной ситуации в стране. Чем больше женщин будет в правительстве, тем меньше будут воровать. И будет больший акцент на социальные программы, а это залог улучшения качества жизни для граждан. Если бюджет будет приниматься не на единицу, как это происходит сейчас, а на мужчин и женщин, как это уже много лет функционирует в развитых странах, люди будут жить лучше. Приведу простой пример – формирование бюджета для кардиологического отделения больницы. Сегодня это делается так: 50% палат для женщин, 50% палат для мужчин. А потом оказывается, что мужские палаты все заполнены, а женские свободны. И начинают искать, где можно разместить пациента-мужчину. А если бы к вопросу принятия бюджета подходили гендерно чувствительные люди, они проанализировали бы, что мужчины чаще страдают сердечнососудистыми заболеваниями, поэтому для них нужно выделить больше палат, больше питания и т.д. Но если цель – разворовать бюджет, как это, к сожалению, происходит во многих постсоветских странах, то, конечно, делать его гендерно чувствительным нет никакого смысла. Я думаю, что и Беларусь, и Украина к такому пониманию придут, потому что денег остается все меньше и меньше, нужно думать, как оптимизировать расходы и при этом сдерживать протестные настроения граждан.

– В Беларуси против закона о гендерном равенстве выступают не только мужчины. Сами женщины часто говорят, что никакое равенство им не нужно, их и так всё устраивает…

– У нас также существует установка на то, что «женщина должна быть женщиной» и должна жить за счет мужа. Я лично ничего не имею против данной позиции. Каждый человек имеет право на самореализацию. У кого-то самореализация – выйти удачно замуж и жить за счет мужа. Но есть и те, кто с этим не согласен. Многие женщины хотят быть самодостаточными, им мало реализовывать себя только в семье. Если бы мы все в лесу сидели, муж бегал на охоту и приносил пищу… Но мы ведь живем во время информационных технологий, глобализации, когда столько возможностей увидеть мир, заявить о себе. Лично я не хочу от этого отказываться. А если кто-то хочет сидеть в золотой клетке до поры до времени, пока у мужчины будет в этом заинтересованность, то пожалуйста. Главное, чтобы у каждого человека был выбор.

– В каких сферах отмечается наибольшая дискриминация женщин?

– У нас был проект, в рамках которого исследовалась гендерная и возрастная дискриминация на рынке труда. И мы пришли к выводу, что наиболее женщины дискриминированы на рынке труда по возрасту. Это значит, что женщине после 45 лет очень трудно найти новую работу. Под сокращение первыми попадают женщины.

Кроме того, дискриминация наблюдается в сфере государственного управления. Чем выше должность, тем меньше женщин. Существует так называемый стеклянный потолок – невидимый и формально никак не обозначенный барьер, ограничивающий продвижение женщин по служебной лестнице по причинам, не связанным с их профессиональными качествами. Если посмотреть на статистику, то паритет между женщинами и мужчинами условно соблюдается, но больше всего женщин-управленцев на уровне председателей сельских советов. На уровень города, области, а тем более национальный женщине пробиться очень сложно.

Любовь Максимович

Родилась 3 сентября 1953 г. во Львове (Украина).

Образование высшее (Львовский политехнический институт и Львовский институт менеджмента ). В 1976-1990 гг работала преподавателем, научным сотрудником на кафедре автоматики, с 1992 г. - начальник отдела НТИ и международной деятельности в Львовском политехническом институте.

С 1993 г. по настоящее время работает директором Инкубатора Центра Национального университета "Львовская политехника", где занимается поддержкой развития предпринимательства, содействием трудоустройству студентов и налаживанию контактов с предприятиями. За это время способствовала созданию более 50 фирм и трудоустройству более 300 выпускников университета. В 1994-1998 гг - старший преподаватель кафедры менеджмента и предпринимательства факультета экономики Национального университета "Львовская политехника".

Председатель Западноукраинского центра "Женские перспективы", член Женского консорциума Украины. Член совета директоров Всеукраинской ассоциации бизнес-инкубаторов и инновационных центров. Лауреат Всеукраинской программы «Лидеры регионов», 2002 г.

Адар’я Гуштын

Новая Єуропа